ПЫТКИ В ТЮРМАХ АЗАРБАЙДЖАНА В 1996 ГОДУ В подвале на глубине 30 метров где нет вентиляции, свет отключают сутками.[12] Пропускание электрического тока через ушные мочки. [38]

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

  • РАССКАЖИТЕ ВСЕМУ МИРУ

    ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

  • СООБЩЕНИЯ О ПЫТКАХ В ТЮРМАХ АЗАРБАЙДЖАНА В 1996 ГОДУ
  • К моменту публикации данного доклада часть правозащитных ор- ганизаций, объединенных в Координационный Совет Правозащитных Ор- ганизаций Азербайджана, считает доказанным факт использования пы- ток и других негуманных видов обращения с заключенными в тюрьмах страны. Этой теме были посвящены несколько заседаний КСПОА, на одном из которых даже принято решение о сборе материалов для "Бе- лой Книги по пыткам" [1]. В 1996 г. к теме пыток в Азербайджане обращался и ряд международных организаций, в частности, "Amnesty International" [2]. Настоящий доклад опирается в основном на сообщения прессы, как практически единственный доступный источник информации. К то- му же в условиях возможного судебного преследования за клевету это дает некоторые гарантии достоверности информации, часть кото- рой подтверждается интервью с родственниками и адвокатами. Нес- мотря на постоянное вмешательство цензуры в публикации такого ро- да, она все же дает достаточно информации для вывода о существо- вании проблемы пыток и негуманного обращения. Ввиду того, что данный тематический доклад является дополне- нием к годичному докладу Правозащитного Центра Азербайджана, он охватывает лишь период 1996 г., хотя иногда делаются отсылки и к более раннему времени. Желающие получить информацию по предыдуще- му периоду могут обратиться к другим докладам ПЦА [3,4,5,6]. Законодательные рамки проблемы Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (1984) была ра- тифицирована Азербайджаном 31 мая 1996 г. - последней из стран Закавказья. Однако до сих пор достоверно не известно, было ли да- но соответствующее извещение структурам типа ООН, чтобы эти дого- воры вошли в силу без задержки. Во всяком случае, по данным "Меж- дународной Амнистии", это не было сделано до 8 июля 1996 г., ког- да эта организация обратилась с письмом к президенту Азербайджана Г.Алиеву [7]. Тем не менее законодательная база запрета пыток в Азербайд- жане существовала еще до ратификации этой Конвенции. Прежде всего ею является Конституция, новая редакция которой вступила в силу в декабре 1995 г.[8]. Статья 46 "Право на защиту чести и достоинства" прямо гласит: "...II. Достоинство личности охраняется государством. Ника- кое обстоятельство не может служить основанием для унижения дос- тоинства личности. III. Никто не может быть подвергнут пыткам и истязаниям, никто не может быть подвергнут обращению или наказанию, унижающе- му человеческое достоинство. Ни над кем без его согласия не могут проводиться медицинские, научные и другие опыты". В другой статье 31 "Право на безопасное проживание" также прямо запрещает, исключая случаи, предусмотренные законом, "пося- гать на жизнь лица, его физическое и духовное здоровье, ... при- менять в отношении него насилие". В статье 63 "Презумпция невиновности" говорится о том, что "не могут быть использованы при осуществлении правосудия доказа- тельства, добытые с нарушением закона". С другой стороны, Уголовным Кодексом [9] еще с 8 декабря 1960 г. было запрещено принуждение к даче показаний (ст.177) пу- тем применения угрозы или иных незаконных действий, а применение насилия рассматривается при этом как отягчающее обстоятельство (ч.2). Понуждение обвиняемого, свидетеля, потерпевшего, эксперта или переводчика к даче ложного показания наказывается по ст.180 УК. Основные места применения пыток Согласно газетным публикациям, пытки и бесчеловечное обраще- ние с задержанными и арестованными практикуются повсеместно - от полицейского участка до переполненных железных клеток в залах Верховного Суда. Однако в делах с политической мотивацией среди основных мест применения пыток и бесчеловечного наказания чаще всего называют изоляторы Управления по борьбе с организованной преступностью (бывшее Управление по борьбе с бандитизмом и терро- ризмом), Управления Уголовного Розыска, Особого Управления при Президенте и Главного Управления Полиции г.Баку. Так, по сообщению адвоката Hатига Мустафаева, на четвертом этаже здания, где размещается Управление Уголовного Розыска МВД Азербайджана, существует специальная комната пыток для подследс- твенных [10]. О ней сообщалось и в ходе т.н. "дела 37-ми ОПОНов- цев" [11]. Пытки в Особом Управлении при Президенте, наоборот, произво- дятся не в специальном помещении, а прямо в камерах, расположен- ных в подвальной части здания: "В подвале на глубине 30 метров расположены камеры, где нет вентиляции, свет отключают сутками. Спускают и поднимают арестованных с завязанными глазами. Подвал не приспособлен для тюремной камеры и содержащиеся там вынуждены отправлять естественные нужды там же в камерах в целлофановые ме- шочки. Там же спят, кушают, туда же заключенных бросают после пы- ток и побоев, где они валяются в обществе крыс" [12]. Необходимо отметить, что деятельность Особого Управления при Президенте, созданного в 1992 г. и совмещающего функции военной контрразведки и политического сыска, не регламентируется ка- ким-либо опубликованным нормативным документом. Оно не упомянуто в ст.43 Уголовно-Процессуального Кодекса среди органов, имеющих право производить предварительное следствие [13], и тем не менее занимается этим. При этом может практиковаться временный перевод подследс- твенных в следственные изоляторы с более дурной славой, где они подвергаются незаконному воздействию с целью получения призна- тельных показаний, с последующим возвращением в основной изоля- тор, который может относиться к другому ведомству. Например, гражданин Австрии и Турции Кянан Гюрель, дело ко- торого велось Министерством национальной безопасности (МНБ), был на 20 суток переведен в следственный изолятор Главного управления полиции города Баку, где подвергался пыткам, и лишь после дипло- матического вмешательства 22 января 1996 г. был вновь возвращен в изолятор МНБ [14]. Генерал Вахид Мусаев, по информации Института мира и демок- ратии (ИМД), с ноября 1995 года до июля 1996 г. побывал сначала в Бакинском городском управлении полиции, где он был подвергнут "нечеловеческим пыткам", затем в здании Особого управления при Президенте и следственном изоляторе Министерства национальной бе- зопасности. Во время нахождения в здании Особого управления В.Му- саев попал в реанимацию, но под другой фамилией - для того, чтобы диагноз и местонахождение генерала не стали известны обществен- ности [15]. По сообщению адвоката Департамента защиты прав человека Инс- титута мира и демократии Идаята Гусейнова, обвиняемый в разбое гражданин Грузии Бадалов Огтай Расим оглу с ноября 1994 года по 8 февраля 1996 года, то есть свыше 15 месяцев, содержался под арес- том в Следственном изоляторе #1 в г.Баку. За это время следствие не смогло продвинуться в расследовании дела. Поэтому 8 февраля О.Бадалов был переведен в камеру предварительного заключения Сум- гаитского Городского Управления Полиции, где подвергся пыткам. Характерно, что в этот период ему были запрещены встречи с адво- катом. Не выдержав жестокого обращения, он порезал себе брюшную полость лезвием. 28 февраля он был доставлен в госпиталь, после наложения многочисленных швов, вновь доставлен в камеру. Обраще- ния к властям консула посольства Грузии в Азербайджане Левана Ке- келидзе и отца обвиняемого, инвалида 1-й группы Р.Бадалова оста- ются без ответа [16]. Описание известных случаев пыток Уже на следующий день после ратификации конвенции, 1 июня 1996 г., по сообщению адвоката Hатига Мустафаева, жесточайшим пыткам подвергся обвиняемый в попытке покушения в 1993 г. на ны- нешнего президента Гейдара Алиева активист Партии Народный Фронт Сахиб Гусейнов [10]. В 1996 году публичные заявления о пытках стали массовыми в связи с серией политических процессов по различным эпизодам мяте- жа Отряда Полиции Особого Назначения (ОПОН) и т.н. "заговором ге- нералов". Если ранее подсудимые, их родственники и адвокаты избе- гали подобных заявлений из-за страха усугубить положение, то пос- ле серии жестоких приговоров в конце 1995 г., мало кто уже подда- вался подобной иллюзии. Основными видами физического воздействия, согласно заявлени- ям подсудимых и публикациям 1996 г., были: 1. Избиения, в том числе "конвейерные" (круглосуточные, с небольшими перерывами) Например, 14 января 1996 г. полицейские задержали по подоз- рению в убийстве жителя с.Зелимханлы Агстафинского района, ранее судимого Тельмана Гурбанова, доставили в районный отдел полиции и с целью получения от него признания в совершении убийства под- вергли избиению. Гурбанова заковали в наручники и избили дубинка- ми, пинками и кулаками заместитель начальника Агстафинского РОП Рашид и некто в гражданской одежде. После этого он содержался под надуманным административным арестом до 20 января, но после ареста действительного убийцы еще до окончания наложенного срока ареста был освобожден и лечился от полученных побоев на дому [17]. Cупруга подсудимого по обвинению в участии в государственном перевороте гражданина Австрии и Турции Кянана Гюреля - Лейла Гю- рель в интервью агентству "Туран" заявила, что "после того, как в январе 1996 года он был сильно избит в Баиловской тюрьме, состоя- ние его здоровья постоянно ухудшается" [18]. 6 мая состоялась пресс-конференция Комитета защиты прав быв- шего премьер-министра Панаха Гусейнова, на которой было сообщено о жестоком избиении в изоляторе Главного Управления Полиции г.Ба- ку арестованного вместе с П.Гусейновым гражданина Турции Яшара Тезеля (Yashar Tezel). Переведенный затем в Баиловскую тюрьму, он страдал от приобретенной в заключении инфекционной болезни. Дру- гой арестованный, Нияз Садыхов, также подвергался пыткам и был вынужден подписаться на чистых листах бумаги, куда впоследствии вписали нужные показания [19]. Дело Тезеля привлекло внимание Го- сударственного Департамента США [20]. Арестованный 14 июня по обвинении в хранении наркотиков жи- тель г.Харькова Ильгар Самедов в тот же день был доставлен в Баку и помещен в Шувелянский следственный изолятор #3. Через день в результате полученных побоев он оказался в тюремной больнице в Беюк-шоре. Его отец Адиль Самедов неоднократно пытался навестить там сына, но всякий раз следователь Фуад Гулиев запрещал ему де- лать это. 29 июля И.Самедов скончался в тюремной больнице, но в течение 3 дней факт его смерти скрывался. На фотоснимке, сделан- ном в морге, отчетливо видны следы побоев, а в выданном свиде- тельстве о смерти констатировано, что смерть наступила в резуль- тате удара в голову тупым предметом и последующего кровоизлияния в мозг [21]. В июле Институт Мира и Демократии (ИМД) процитировал свиде- тельство бывшего начальника Отдела пограничных войск Особого уп- равления, полковника Тофига Гасымова, который описал избиения его в Бакинском Главном Городском Управлении Полиции: "С меня сняли обувь и носки, голова была опрокинута вниз, руки в наручниках, и стали садистски избивать дубинками - металлическими, резиновыми, деревянными - по ступням ног, ногам, голове, почкам. Это сопро- вождалось руганью и криками. Меня за три часа избиения довели до безумия, два раза я терял сознание. Меня облили водой, усадили на стул. Один из избивавших, начальник Уголовного розыска Мамед Ми- каилов, потребовал, чтобы я привел известные мне факты. Я все от- рицал. Меня снова продолжали бить: опять он и также другие сот- рудники Уголовного Розыска: Яшар, Гейдар, Рамиз". В описанном случае обычно практиковались избиения ночью до утра [12]. Об избиении, преимущественно по ногам и пяткам, говорили на суде подсудимые по одному из дел Отряда Полиции Особого Назначе- ния и, с их слов, мать ОПОНовца Юсифа Магеррамова [22]. На суде и в собственноручном заявлении гражданин Украины Сы- соев Анатолий Евгениевич, проходивший по т.н. "делу генералов", заявил, что избивался кулаками, ногами, ножкой стула. При этом ему не давали спать - избивали по 15 минут каждые 2-2,5 часа. О том, что лицо Сысоева было синим от побоев, заявили в суде обви- няемые по этому же делу Гусейнбала Гусейнов (24 октября) и Джалал Мамедов (4 ноября). Подсудимый Ильхам Азимов заявил, что видел много избитых военнопленных, но такого, как с Сысоевым, не делали даже с пленными. Косвенно факт избиений Сысоева подтвердил и под- судимый Ибад Адыгезалов на суде 29 октября 1996 г. Есть и внешние признаки избиений: повреждено правое ухо, рассечены бровь и губа [23]. 2. Неоказание адекватной медицинской помощи В этом случае подследственный подвергается постоянному опа- сению умереть, если не даст необходимые следствию показания. Для осужденных это используется как мера наказания или путь физичес- кого устранения, для родственников - как средство подавления их активности в защите арестованного. Наиболее известным случаем такого рода является обращение с арестованным по обвинению в измене Родине бывшим министром иност- ранных дел, членом руководства партии "Мусават" Тофигом Масим ог- лы Гасымовым. Арестованный 19 сентября 1995 г., он за несколько месяцев превратился в хронического больного,но следователь не да- вал разрешения на стационарное лечение. Только благодаря широкой международной кампании 22 февраля Гасымов был выпущен на поруки в связи с резким ухудшением здоровья. Домой его принесли на носил- ках, а суд был отложен до выздоровления [20,24]. Родственники бывшего государственного советника Адиля Гаджи- ева обратились в ПЦА лишь после того, как он совершил попытку са- моубийства [25]. Они опасались, что он будет лишен медицинской помощи. Как хроническому больному сахарным диабетом, это грозило ему смертью в течение нескольких дней после прекращения уколов инсулина. После обращения "Amnesty International" он был помещен в Центральный тюремный госпиталь [26,27], где его состояние улуч- шилось, и он смог предстать перед судом. Однако после приговора он был переведен в неотапливаемую камеру колонии крытого типа, где состояние его здоровья, по мнению жены, близко к предсмертно- му. Содержавшийся в следственном изоляторе в пос.Шувелян с 2 ок- тября 1995 г. председатель Партии Труда Азербайджана Сабутай Гад- жиев, как сообщил его адвокат Николай Киркевич, серьезно болен. Хотя он нуждается в немедленном переводе в Центральную больницу Министерства Юстиции, руководство следственного изолятора без ве- дома врачей вычеркнуло имя С.Гаджиева из списка больных, нуждаю- щихся в переводе в больницу [28]. В результате к июню 1996 г. Са- бутай Гаджиев оказался практически прикован к тюремной больничной койке с диагнозом: кардиосклероз, атеросклероз, диабет, отек ниж- них конечностей [29]. По сообщению руководителя Департамента прав человека ИМД Са- иды Годжаманлы, состояние здоровья находящегося под арестом быв- шего министра внутренних дел Искандера Гамидова также резко ухуд- шилось. Он в последнее время страдает от хронической язвы 12-перстной кишки, хронического гастрита, нестабильности кровооб- ращения и от обмороков. Несмотря на это, его продолжают держать в следственном изоляторе МНБ и уже более года под надуманным пред- логом не переводят в колонию [5,20,30]. Адвокат Р.Сеидова сообщила ИМД, что в изоляторе МНБ содер- жится гражданин Мухаммед Абдулрахманов, 1964 года рождения. Когда 26 и 29 декабря минувшего года адвокат посетила своего подзащит- ного, от Абдулрахманова исходил трупный запах из-за того, что внутренности арестованного вывалились наружу после хирургической операции. Он был ранен полицией при аресте, прооперирован в боль- нице следственного изолятора (СИЗО) МHБ и через 4 дня с незажив- шей раной он был доставлен в камеру СИЗО. Таким образом, Абдул- рахманов носил свои внутренности в целлофановом пакете уже не один день. Когда же после многочисленных обращений адвоката был приглашен врач, он лишь выдал Абдулрахманову новые целлофановые пакеты, сообщает тот же источник. Источник в МHБ опроверг это со- общение ИМД, назвав его не соответствующим действительности, но проверить это не представилось возможным [31]. В 1995-1996 гг. частыми были сообщения родственников о тяже- лом состоянии здоровья и неоказании помощи арестованным сотрудни- кам Отряда Полиции Особого Назначения (ОПОН). Приговоренный к 15 годам лишения свободы бывший член ОПОН, гражданин Грузии Мамедов Яшар Сабир оглы получил 4 ранения за 6 лет службы в прифронтовых районах. Из-за отсутствия челюсти зат- руднено нормальное питание, также беспокоят 3 осколка вокруг поз- воночника и 1 осколок в легком. Неоднократные обращения Мамедова за медицинской помощью на момент публикации (24 августа) остава- лись безрезультатными [32]. Другой бывший ОПОНовец Шариф Гулиев обратился в редакцию га- зеты "Мухалифат" с просьбой содействовать в оказании ему меди- цинской помощи. Во время штурма базы ОПОН он получил пулевое ра- нение в ногу и с тех пор у него гнойная рана ноги до бедра. Нога должна быть ампутирована, однако из-за нехватки денег у узника и его семьи лечение не проводится [33]. Однако действительной причиной могло быть и нежелание помочь "изменнику Родине", как об этом врачи прямо заявили другому ОПО- Новцу - Ахмедову Анару Тофиг оглы, который заболел отеком легких в переполненной камере [34]. 3. Прижигание тела сигаретами Согласно заявлению Азербайджанского Национального комитета Хельсинкской Гражданской Ассамблеи родственников со ссылкой на родственников потерпевшего Тахмаза Рзаева, Аббаса и Аслана Бахша- лиевых, заместитель начальника Ленкаранской городской полиции Ра- фиг Гасымов тушил горящие сигареты о руку 14-летнего Рамиля Гум- батова, требуя выдать место, где скрывается его мать Судаба Расу- лова, которая обвиняется в незаконном хранении оружия [35]. О пытке тушением сигарет о тело сообщал на суде и вышеупомя- нутый Анатолий Сысоев. По свидетельству адвоката, на теле Сысоева до сих пор есть следы прижигания сигаретами [23]. 4. Введение бутылки в задний проход Об использовании этого вида пытки говорили многие подсудимые по т.н. "делу генералов" [23], а также по одному из дел ОПОНов- цев. Ввиду особенностей национальной психологии подавляющее боль- шинство подвергшихся этой пытке мужчин предпочитают это замалчи- вать или же описывать иносказательно как "изощренную пытку", "спец-оскорбление" и т.п. По этой же причине об этом не сообщает пресса и родственники потерпевших. Пользуясь атмосферой всеобщего замалчивания, следователи применяют угрозу использования "бутыл- ки" (обычно из-под шампанского) в качестве моральной пытки. Нап- ример, генерал Рафиг Агаев на суде по "делу генералов" заявил как о пытке о том, что следователи пили на его глазах шампанское. Для зала было понятно, что они намекали таким образом генералу на то, как может быть использована пустая бутылка, если не будут даны необходимые показания [23]. 5. Содержание в холодном, сыром месте и лишение постели После жалоб на побои вышеупомянутый А.Сысоев был лишен топ- чана и матраца и вынужден был спать на голом бетонном полу. Обви- няемый по этому делу Гусейнбала Гусейнов сделал 24 октября 1996 г. заявление, что видел, как избитый Сысоев лежал на бетонном по- лу камеры без постели [23]. Об использовании в изоляторе Особого Управления при Прези- денте этого вида наказания ранее сообщали и другие источники. Например, в 1995 г. жена арестованного этим органом полковника Абасова заявила, что когда через 18 дней ей разрешили сменить белье мужа, то "одежда, которую мой муж снял с себя минут 15 на- зад, была мокрой и вся поросла плесенью, в нос бил сильнейший за- пах сырости". Один из сотрудников ОУП "подтвердил, что мой муж находится в сырой камере, спит на голом бетонном полу, один раз в день им приносят ведро для отправления естественных надобностей, а чтобы часто ведро не таскать, стараются их не кормить, не дают умываться" [36]. ОПОНовца Эльчина Салманова зверски избивали, пытали и, по словам отца, 3 дня продержали в холодном месте (в "холодильнике", как он выразился) для получения нужных показаний. Во время следс- твия заключенный передал об этом записку, а во время суда встре- тился с отцом и подтвердил факт пыток лично [37]. 6. Пропускание электрического тока через ушные мочки Опоновец Муршуд Али оглы Махмудов сообщил на суде в декабре 1996 г., что во время допросов к его уху цепляли электропровод и пытали. Это привело к нарушению слуха, а левое ухо Махмудова пос- тоянно гноится [11]. Пытка электрошоком, по словам его сестры, сочеталась с избиениями пинками в голову [38]. О пытке током в Бакинском Городском Управлении Полиции сооб- щал в своем письме 20 мая и ОПОНовец Рагимов Тахир Шахин оглы: "Незаконно продержав до 11 марта в течение 12 дней, 11 марта меня без предъявления документа с завязанными глазами доставили в БГУП ("горотдел"). Той же ночью меня вывели из камеры, подняли наверх, сказав, что ты, Тахир, любой ценой будешь сидеть в тюрьме. Добро- вольно возьми на себя, что ты был там (т.е. в казарме ОПОН.- Прим. ПЦА) 17 марта. Я отказался от любых показаний и потребовал адвоката. В ту же ночь сотрудники Ясамальского и Бакинского го- родского отдела уголовного розыска и все руководящие работники начали подвергать меня всем физическим воздействиям, пропускали ток..." 14 марта после ежедневных пыток он подписал показания, но после этого его продержали в БГУП два месяца, заставляя брать на себя дополнительную вину [39]. 7. Подвешивание за ноги Опоновец Абульфат Керимов заявил суду в декабре 1996 г., что его пытали, повесив головой вниз [11]. 8. Вырывание ногтей Подсудимый по делу "37-ми ОПОНовцев" Фахраддин Руфуллаев за- явил на суде в декабре 1996 г., что у него вырвали ногти с целью добиться дачи нужных следствию показаний [40]. Наряду с описанными мерами физического воздействия, в 1996 г. использовались и моральные пытки, часто сочетавшиеся с физи- ческими: a) Порочащая кампания в печати и телевидении еще до заверше- ния следствия Это наиболее простая и распространенная пытка, направленная на убеждение подследственного в том, что своими показаниями он не сможет изменить уже созданный криминальный имидж. Как правило, вскоре после преступления или в его годовщину властями организу- ются кампании однотипных "писем граждан" с требованием суровой расправы над определенными пока еще не осужденными лицами, теле- шоу и т.н. "общенародные собрания" с участием первых лиц страны, используемые для популяризации официальной версии событий. Так, 2 апреля на пресс-конференции адвоката Османа Казымова было заявлено, что к обвиняемому в сдаче г.Ходжалы армянам бывше- му командующему внутренними войсками Фахмину Гаджиеву не применя- ются никакие физические методы воздействия, однако материалы кле- ветнического характера в прессе отрицательно воздействуют на его психику [41]. Следствие по делу 4-летней давности, в котором не смогли разобраться несколько комиссий, было завершено в невиданно короткий срок - 15 дней, сразу же после посвященного годовщине событий собрания. б) Угроза обвинения в более серьезных государственных прес- туплениях Как правило, среди осужденных по делам о попытках государс- твенных переворотов есть и люди с относительно менее серьезными обвинениями, которым не инкриминируют измену Родине. Соответс- твенно сроки наказания в этом случае меньше, иногда даже услов- ные. Это является основой для шантажа подследственных с целью по- лучения показаний против основных организаторов. Адвокаты Осман Кязымов и Явер Гусейнов, защищавшие обвиняе- мых по делу кооператива "Комек" Рамиза Джалилова и еще 9 лиц, арестованных по обвинению в участии в мартовской попытке госу- дарственного переворота в 1995 году, сообщили, что 9 арестованных были шантажированы следственными органами с целью получения пока- заний против Р.Джалилова. Они сперва отказались давать такие по- казания, но после угрозы следователя применить к ним 57-ю статью (измена Родине) желаемые показания были получены [42]. в) Пытка подследственных преследованиями родственников Находящийся под следствием по делу о попытке государственно- го переворота бывший государственный советник Адиль Гаджиев в феврале 1996 г. предпринял попытку самоубийства в следственном изоляторе Бакинского Главного Управления полиции. Он принял повы- шенную дозу медикаментов и вскрыл себе вены после того, как сле- дователь сообщил ему ложную информацию об аресте брата. После этого он попал на лечение в Центральный тюремный госпиталь [25]. Подсудимый по делу "37-ми ОПОНовцев" Александр Круль сооб- щил, что А.Исмаилов вызвал его жену и сестру и "сказал, если не подпишешь, смотри, что мы сделаем с ними..." [40]. ОПОНовец Тахир Рагимов в письме жене сообщал, что, несмотря на пытки, отказывался давать показания с 11 по 14 марта 1996 г., но сломался, когда ему показали фотографии и "сказали, смотри, это фото твоих близких (отца, брата, семьи), всех сюда доставим, подпишись" [39]. Адвокат И.Ашуров считает доказанным факт пыток проходящего по делу Байрама Ахмедова. В декабре 1996 г. он сообщил, что с целью заставить Ахмедова давать показания полиция даже доставила в тюрьму членов его семьи [40]. 29 марта на заседании Верховного суда по делу 25 членов Ка- захского Отряда полиции особого назначения (ОПОН) осужденный офи- цер Мубариз Кязымов заявил: "Мой арест связан с политическими мо- тивами... Моя супруга Эльгюльнара и мои дочери подверглись пыткам со стороны сотрудников Казахской полиции Мазахира и Атакиши Бай- рамовых" [43]. Факт избиения Э.Амираслановой начальником полиции Газахского района Зафаром Абиевым на глазах у ее малолетних де- тей, относящийся к июню 1995 г., подтвердила и сама пострадавшая, которая лечилась от последствий полученных травм головы в течение 18 дней. Отец арестованного Ягуб Кязымов также незаконно содер- жался в Газахском районном управлении полиции 2-3 дня [44]. г) Повторяющиеся демонстративные визиты (в том числе ночные) в дома лиц, скрывающихся от ареста В качестве примера можно упомянуть семью приговоренного к расстрелу Алькрама Гумматова в г.Ленкаран, куда постоянно прихо- дят местные полицейские с целью получение информации о местона- хождении его жены Судабы Расуловой, скрывшейся от ареста в авгус- те 1995 г. [2,35]. До ареста Сахиба Гусейнова, обвиняемого в покушении на пре- зидента Азербайджана в 1993 г., его также семья преследовалась полицией. Например, в середине марта 1996 г. его жена и двое де- тей были задержаны в Нахичеванском аэропорту при попытке вылета в Баку. Руководство МВД Нахичеванской АР назвало этот случай недо- разумением, однако, вскоре семье вторично запретили вылет в Баку [45]. Через 2 месяца Гусейнов, скрывавшийся с октября 1993 г., обнаружил себя и был арестован. Скрывавшийся с марта 1995 г. бывший командир Газахского ОПОН Эльчин Амирасланов был обнаружен и арестован 10 декабря 1996 г. в Баку, куда из-за преследования местной полиции была вынуждена уе- хать его семья, проживавшая ранее в Газахском районе [44]. д) Аресты родственников, носящие характер заложничества Как правило, если кто-то из противников режима скрывается от ареста и существует сильное давление "сверху" с целью скорейшей его поимки, то полиция не ограничивается одними визитами к родс- твенникам, а арестовывает кого-то из них. Хотя по Конституции близкие родственники преступников и не обязаны давать показания по их делам, на практике они могут быть привлечены и привлекаются за недонесение о преступлениях (ст.186) или недонесение о госу- дарственных преступлениях (ст.82 УК). Это является основой для запугивания родственников арестами, если скрывающийся от ареста не сдастся сам. Характерный пример - случай активиста Партии Народный Фронт, жителя Шарурского района Кямала Талыбова, опубликовавшего крити- ческую статью о местных властях в оппозиционной газете "Мухали- фят". Заведя уголовное дело о хулиганстве, власти провели обыск в селе в целью ареста двоюродного брата К.Талыбова Намига Талыбова. Однако, не обнаружив его, полиция арестовала их родственника Нур- мурада Талыбова. В конце концов Кямал Талыбов сдался, был аресто- ван и помещен в Шувелянский следственный изолятор [46]. Кстати, это уже не первый случай в семье - согласно архивам ПЦА, К.Талы- бов в августе 1994 г. сам был взят в заложники за своего брата Ширзада Талыбова и вместе с женою брата был освобожден лишь после явки Ш.Талыбова в полицию [47]. В полночь 26 февраля 1996 г. в Баку был арестован Намиг Му- саев - младший брат скрывающегося на Украине бывшего начальника Главного штаба Министерства Обороны генерала Шахина Мусаева (по версии следствия - организатора подготовки покушения на президен- та). В тот же день был проведен обыск и в квартире его дочери. По словам матери арестованного Л.Мусаевой, лишь после двухдневных поисков удалось выяснить, что Н.Мусаев содержится в Главном уп- равлении полиции г.Баку. Надзиратель следственного изолятора со- общил матери Мусаева, что ее сын будет находится под арестом 10 дней. Матери к моменту публикации не удалось установить причину ареста [48]. Ахмедов Сулдуз Самед оглы, двоюродный брат скрывающегося в Австрии от ареста организатора попытки государственного переворо- та в марте 1995 г. Махира Джавадова, заявил, что против него было возбуждено уголовное дело после того, как в его машину была подб- рошена ручная граната. Все следствие сопровождалось многочислен- ными процессуальными нарушениями. На суде С.Ахмедов был пригово- рен к трем годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на два года. Однако впоследствии городская прокуратура, не удов- летворенная этим приговором, решила направить дело на доследова- ние [49]. Бывший сотрудник Министерства обороны Гаджимурад Сохраб оглы Сададдинов, 1964 г.р., дальний родственник Рагима Газиева, скрыл- ся от ареста в августе 1995 г. С этого момента родственники Са- даддинова подверглись сильному давлению с целью вынудить его сдаться. Невеста была арестована на 3 дня, тесть - на 13 дней, двое братьев - на 20-25 дней и содержались в печально известном Бакинском горотделе полиции. После избиения мужчин, в котором, по их словам, участвовал лично начальник Уголовного Розыска Мамед Микаилов, они лечились 3-4 месяца. В конце концов Садеддинов был арестован в г.Махачкала 29 июля 1996 г., выдан Азербайджану и со- держался в тайне от родственников 10 дней [50]. Координационный совет правозащитных организаций Азербайджана в апреле 1996 г. обсудил практику взятия заложниками членов семей обвиняемых, находящихся в розыске, и пpинял заявление пpотеста. Были приведены факты взятия в заложники и пыток родственников Ра- гима Газиева и Альакрама Гумматова, которые привлекли внимание и "Amnesty International" [2, 51]. Рахаб Газиев, Нариман и Алифарман Гумматовы, находившиtся под следствием по делу о содействии в побеге их братьев, должны были выйти на свободу летом 1996 г. по амнистии. Однако обвинение в недонесении о преступлении переквалифицировали на "измену Роди- не", искусственно привязав этот эпизод к т.н. "делу генералов". В январе 1997 гг. они были осуждены к 8, 5 и 5 годам лишения свобо- ды соответственно [52]. Гораздо больше "повезло" другим родственникам Р.Газиева: дя- дя Сабир и двоюродные братья Фарда и Мамед Газиевы были осуждены на срок 1-2 года за незаконное хранение боеприпасов, возможно, подброшенных самими полицейскими [53]. Родственники упомянутых лиц неоднократно подчеркивали, что описанные действия могли быть актом политической мести пригово- ренным к смертной казни Р.Газиеву и Ф.Гумматову. Об этом заявили и сами осужденные в письме в междунаpодные оpганизации [54]. Изредка кратковременные аресты родственников используются как средство политического давления на оппонентов с целью прекра- щения их деятельности. Так, 25 мая были кpатковpеменно задеpжаны и избиты в Шаpуpс- ком pайоне два бpата известной активистки Общества Защиты Пpав Женщин Азеpбайджана, жуpналистки Hателлы Байpамовой - Суджаддин Байpамов и Фахpаддин Байpамов. Это уже не первый такой случай, и каждый раз родственникам Байрамовой намекают, что причиной такого отношения является ее публицистическая деятельность. После оче- редной публикации 25 августа в газете "Мухалифят" статьи Байрамо- вой о ситуации в Нахчиванской Автономной Республике стало извест- но о собрании 9 сентября местного проправительственного актива в Шаруре. Выступивший председатель Верховного Меджлиса НАР Васиф Талыбов выразил открытое недовольство тем, что Байрамова собирает в районе негативные факты и фактически призвал к слежке за ее родственниками [55]. е) Избиения других заключенных с тем, чтобы их вид или крики воздействовали на психику Адвокат Исахан Ашуров сообщил, что проходящие по делу о по- кушении на президента в 1993 г. активисты Партии Народный Фронт Сахиб Гусейнов и Фазиль Керимов подверглись моральным пыткам. Для того, чтобы они стали давать показания, оказалось достаточным, чтобы на их глазах пытали Б.Ахмедова, крики которого "разносились по управлению" (полиции) [40]. Подсудимый по "делу генералов" Джалал Мамедов, воевавший вместе с Сысоевым, показал на суде 4 ноября 1996 г., что когда он увидел Сысоева в тюрьме, он его не узнал сразу, лицо было синим от побоев, Ма